Эскизы и кроки

Беседовал с А.А. Саниным, вернувшимся на днях из Парижа , где он пробыл два месяца.

-Кто из иностранных артистов сейчас пользуется в Париже самым большим успехом?

– Трудно сказать. Я слышал знаменитого Карузо и должен сознаться, что он меня не очаровал. Голос его уже кончился. Это типичный итальянский тенор, поющий все своим лицом, завивающийся, но музыкальный и чувствуется, что у него был замечательный голос. Сейчас у него звук приобрел горловой характер и верхи берутся не достаточно свободно. Гораздо больше мне понравился Тито Руффо.

– А наши артисты?

– Шаляпин великолепен. Я его слышал в «Мефистофеле» и публика ему неистовоаплодировала. Большим успехом пользуется Кузнецова.

На чинном, чопорном фоне парижской национальной оперы, она распустилась как махровый цветок. Огромной похвалы заслуживает Дягилев, выдвинувший целый ряд выдающихся художников, музыкантов. балетмейстеров. Прямо невероятно, что в России до сих пор не видели его постановок!


Варламов поселился в Ессентуках и лечится от полноты.

Видевшие его там рассказывают, что он плачет как ребенок, жалуясь на стеснения, которые ему причиняют врачи.

Самое любимое удовольствие «дяди Кости» – хорошо поесть, а врачи посадили его на сторгую диету.

Кроме молока и чая ничего не дают есть.

За весь день «дяде Косте» полагается всего на всего шесть стаканов молока и шесть маленьких чашек жидкого чаю.

– Прямо уморить меня хотят! – жалуется артист всем своим знакомым. -Хоть бы раз в неделю разрешили съесть поросеночка с кашей. Так нет. Ни за что!

Между тем врачи находят что, Варламову надо самым серьезным образом лечиться.

Зимой, во время спектаклей, у него было несколько сердечных припадков, указывающих на ожирение сердца.

«Дядя Костя» на вид только цветущий. В действительности он серьезно болен.


В Александринском театре такая громадная труппа, что многие артисты не знакомы друг с другом. 

На днях В.В. Стрельская играла в Павловске и к ней подвели молодую артистку.

-Позвольте вас познакомить, варвара Васильевна, артистка Александринского театра Т.

– Очень рада, – ответила В.В. – Я столько читала о вас в газетах и никогда не встречалась с вами в театре. Вы не обижайтесь. Я много артисток нашего театра не знаю. Не знаю ни Коваленской,   ни Тиме, ни других.

В Мариинском театре труппа еще больше. Там даже сторожа, дежурящие у входа на сцену, не знают некоторых артистов.

Исполняя распоряжение Крупенского, не пускать «посторонних» на сцену, они часто задерживают своих артистов, не будучи уверены, что они «свои».

Есть масса молодых певцов, которые поют один-два раза в месяц.

Неудивительно, что их не знают.

В летних театрах все время происходит война с дамскими шляпками. 

В воскресенье, в Павловском театре, почти весь первый акт прошел под аккомпанемент протестов против дам, явившихся в театр в шляпках.

Странно, что павловские дамы не читают анонсов, развешанных в коридорах театра о том, что надо снимать шляпки…


Архивные новости
Добавить комментарий